Я отлично помню, как все это начинается. Нет, не с прямых угроз или проклятий. И даже не с открытой ненависти. Все куда прозаичнее: случайный лайк, какой-нибудь безобидный с виду комментарий или вопрос в духе: "Просто интересно, а почему вы так выглядите?" Я знаю это по себе, потому что однажды мой личный ад начался именно так.
Мы, женщины, читаем детективы и психологические романы вовсе не ради эскапизма. Мы ищем в них себя. Узнаем этот вечный внутренний монолог, который не затыкается даже в три часа ночи, и тот самый липкий страх. Тот момент, когда героиня вдруг понимает: что-то идет не так. Мир, который еще вчера казался надежным, внезапно дает крен.
Кибербуллинг - это и есть тот самый крен. Только без глянцевой обложки и без доброго редактора, который в конце расставит все точки над i.
Честно говоря, я долго сомневалась, стоит ли об этом писать. Прятаться за вымышленными персонажами куда комфортнее. Триллер - удобная маска, детектив - отличный щит. Но иногда нужно просто снять перчатки и показать синяки. Да, цифровые синяки болят не меньше настоящих.
Моя книга и письма "доброжелателей"
В тридцать семь я выпустила книгу. Сильная героиня, социальные подтексты: все эти невидимые границы и классовое неравенство, за пересечение которых женщин до сих пор принято наказывать. Роман "выстрелил". Мне посыпались письма от читательниц: "Вы написали про меня", "Я словно увидела свою мать", "Ваша книга дала мне силы уйти".
Наверное, поэтому женская проза так популярна - нам нужны не принцессы, а выжившие. Нам нужно подтверждение, что мы не сошли с ума. Но вместе с благодарностями пришло и другое: "Слишком много феминизма", "Вам что, заняться нечем, кроме как ныть об угнетении?", "Шла бы лучше борщ варить, чем умничать".
Сначала я просто смеялась. Думала - ну, это как комары летом: зудят, раздражают, но не убивать же их. Как же я ошибалась.
Анатомия травли
Тролль не врывается к тебе в дом с ноги. Он приходит тихо, в виде аватарки с котиком или цветами. Он пишет вежливо, даже грамотно. Задает вопросы, которые по капле подтачивают уверенность: "А вы уверены, что не преувеличиваете?", "Может, это просто ваша старая обида говорит?", "Не слишком ли вы агрессивны... для женщины?" Вот это "для женщины" - мой любимый жанр, классика сетевого абьюза.
В литературе женские образы всегда зависели от эпохи. Нас рисовали то безмолвными ангелами, то трагическими жертвами, то "сильными и независимыми". Сегодня мы наконец-то можем быть любыми. Но стоит только выйти за рамки, как тут же раздается стройный хор: "Тише. Не высовывайся". Интернет просто дал каждому из этого хора микрофон.
Когда экран становится обвинением
Самое паршивое в кибербуллинге - даже не смысл слов. А их плотность. Непрерывность. Ты открываешь глаза - уведомления. Варишь кофе - уведомления. Ложишься спать - и телефон светится в темноте, как обвинительный акт. В какой-то момент я поймала себя на том, что удаляю собственное фото, потому что выгляжу на нем "слишком самоуверенно". Переписываю пост, чтобы сгладить углы. Просто молчу.
И вот тут мне стало по-настоящему страшно. Я ведь знаю, как строятся триллеры. Сначала героиня сомневается в окружающих, а потом - в собственной адекватности. Ей говорят: "Тебе показалось, милочка". Травля в сети работает по тем же методичкам: она заставляет тебя сомневаться в реальности происходящего.
Просто не читай?
"Ты слишком чувствительная", - говорили знакомые. "Это же просто интернет, не принимай близко к сердцу". Совет "не читай комментарии" звучит примерно так же выполнимо, как "не дыши". Если твоя работа публична, соцсети - это пространство, в котором ты живешь. Ты не можешь просто закрыть глаза и сделать вид, что стен не существует.
И почему-то мало кто говорит о том, что кибербуллинг - это не только проблема подростков. Это реальность женщин тридцати, сорока, пятидесяти лет. Тех, кто строит бизнес, пишет, уходит из токсичных отношений или просто открыто говорит о своих правах. Мы не кричим лозунгами, мы рассказываем истории - о женщине, которая не хочет унижаться; о матери, которая выбирает себя; о той, кто не верит, что в сорок пять жизнь заканчивается. И именно эти истории почему-то вызывают самую лютую ярость.
Сестринство или зависть?
Самое больное: едва ли не половину гадостей мне писали женщины. Это било под дых, ведь я наивно верила, что мы на одной стороне. Но в сети зависть очень ловко мимикрирует под "заботу", а агрессия - под "честное мнение". Все эти "я просто говорю правду", "кто-то же должен открыть вам глаза", "не обижайтесь, но...". Знайте: все, что идет после "но" - это просто попытка ударить побольнее.
Вместо эпилога
В травле нет ничего романтичного. Это системное психологическое насилие. Но его магия развеивается, как только о нем начинают говорить вслух. Когда ты понимаешь, что ты не одна. Когда ты отвечаешь - не истерикой на истерику, а спокойным, ясным голосом.
Я продолжаю писать свои триллеры. В них по-прежнему есть двойное дно и неожиданные повороты. Но теперь я знаю точно: самый страшный сюжет - это когда ты перестаешь верить самой себе. И я больше не позволю этому сослучиться. Ни с собой, ни с моими читательницами.
Если вы сейчас читаете это, чувствуя тот самый ком в горле от очередного комментария - знайте: с вами все в порядке. Проблема не в вас. Проблема в культуре, которая до сих пор боится женского голоса и пытается его заглушить. А мы будем говорить. С юмором, с уязвимостью, со злостью или силой - как захотим. В хорошем детективе правда всегда выходит на свет. Даже если сначала ее пытались затроллить.